Барышня без изъяна

Барышня без изъяна

Жила-была барышня, которая хотела, чтобы мир вокруг нее был безупречен: красивый вид за окном, шелковое белье на постели. И сама она — гладкая кожа, густые волосы, очарователь­ные ямочки на щеках — само совершенство.
Книги в шкафу у барышни выстраивались в соответствии жанром, а внутри одного жанра — по цвету обложки и размеру. Ее посуда всегда сверкала. Идеальный порядок наблюдался и в платяном шкафу — платья никогда не перемешивались с юбками, у чулок, колготок и носок были собственные отсеки. И только бюстгальтеры и трусы хранились вместе — она никогда не покупала их по отдельности, только комплектом. Друзья обожали приходить к ней в гости, потому что в ее квартире всегда было чисто, уютно, пахло корицей, свежей выпечкой и цвета­ми, а сама хозяйка — прелестная молодая шатенка с глазами цвета фиалки — излучала спо­койствие и довольство жизнью.
Пока все вокруг и внутри нее было идеально, чисто и свежо, барышня светилась и радова­лась. Но стоило чему-то испортиться, как барышня начинала страшно переживать. Вскочит прыщик на носу, барышня мажет его волшебным кремом от изъянов и цокает язычком: «Экая ж гадость!» Уронит фарфоровую кружку тонкой работы, вроде и не разбилась кружка, только крошечный кусочек откололся. Можно бы пользоваться, но барышня повздыхает-повздыхает и выбросит в мусорное ведро. Трещины на посуде ее особенно огорчали.
А однажды прелестная барышня шла по накатанному снегу, поскользнулась и упала. Да так неудачно, что сломала руку. Представляете, как огорчилась барышня, ведь собственная кость — это вам не тарелка, ее не выбросишь! Хотя именно этого ей в первую очередь и захоте­лось.

Работала безупречная барышня дизайнером интерьеров. И тут она была как раз на своем месте, потому что вкус у барышни был изумительный. Клиентов у нее год от года прибавлялось, так что барышня могла себе позволить и квартиру с видом и шелка в постели. А уж о волшебных кремах да прекрасных платьях и говорить не приходится.
А вот замуж барышня с глазами цвета фиалки не спешила. Мужу в ее идеальной квартире как-то не находилось места. Ведь муж — это не только носки под кроватью, это еще и дополнительный шкаф одежды, и второй комплект зимней резины на балконе. Да и полочка в ванной полностью занята баночками самой барышни. К тому же барышня сомневалась, захочет ли вообще муж поддерживать идеальный порядок? И совпадут ли у них представления о порядке?
Все это, разумеется, не мешало барышне влюбляться и заводить романы, которые один за другим сходили на нет, как только возлюбленный барышни приносил к ней свою зубную щетку или заводил речь о помолвке.
Вы, наверное, думаете, что барышня-идеалистка просто не могла быть счастлива с таким ворохом ограничений. Но она была. Потому что у барышни имелась мечта. Ей хотелось поехать в Париж. И не просто съездить на неделю или две. Так она уже была в Париже много раз. Ей хотелось приехать и остаться. Жить в небольшой квартире на улице Лепик — с чудесным видом и идеальным порядком, в сумерки прогуливаться по Монмартру в длинном черном платье и маленькой шляпке с вуалью, продумывать интерьеры для изысканных француженок, а по выходным упаковывать бутерброды в корзину для пикника и отправляться в Монфор-л’амори или Булонский лес. И может быть, именно там в Париже она встретит человека, который никогда не захочет переехать к ней… Но денег на крошечную квартирку в Париже пока не хватало. Поэтому по вечерам барышня листала свою книгу мечты — сплошь виды Монмартра — акварельные зарисовки, фотографии и вырезки из журналов. Потом тщательно мыла на кухне стакан из-под молока (молоко она, кстати, пила подогретым и подслащенным капелькой меда, чтобы крепче спалось) и засыпала с улыбкой на губах. И снились барышне Парижские улочки и новые шторы в гостиных ее заказчиков.

Однажды утром к безупречной барышне пришел слон. Он опустился перед ней на колени и сказал:
– Садись ко мне на спину, я отвезу тебя в Индию.
Но барышня сделала шажок назад, спрятала свои аккуратные ладошки за спиной и пробормотала:
– И что я буду там делать?
– Как что? — удивился слон. — Купаться в океане, совершать пешие прогулки, молиться в ашраме и есть свежие фрукты.
Барышня вспомнила, что читала где-то, будто в Индии люди ходят в туалет прямо на улице, а обезьяны вырывают фрукты из рук и ответила:
– Молиться я могу и здесь. — И чтобы не показаться невежливой добавила. — Спасибо, вы очень любезны.
Слон встал с колен и, попрощавшись, пошел по улице. Его хвост раскачивался из стороны в сторону, и барышня подумала, что не плохо было бы немного покататься, тем более, что ей нужно было в ту же сторону. Но пока она размышляла, не окликнуть ли ей слона, тот уже скрылся за поворотом.
Слон пришел к барышне во второй раз. Он вновь стал на колени, приглашая ее забраться к нему на спину, и протрубил:
– Садись же! Я отвезу тебя в Бразилию.
– В Бразилию? Но что я стану там делать?
– Ты сможешь плавать в море, танцевать ночи на пролет, наряжаться для карнавала и желать всем счастья, глядя на Христа-Искупителя на горе Корковаду.
– Ну, желать счастья я могу и отсюда, — вновь отказалась барышня.
– Как знаешь, — ответил слон.
И грустно повесив хобот побрел прочь. Барышня недоумевала, почему слон приходит именно к ней и почему хочет увезти ее куда-то. Она поспешила домой, чтобы полежать немного в ванне с ароматом ванили, надеть красное платье и отправиться на свидание. «Наверное, он больше не придет», — думала барышня на ходу.
Но слон вернулся. Он в третий раз опустился перед ней на колени. Помолчав немного слон заговорил и заметно было, что он порядком волнуется.
– Я могу отвезти тебя в Париж!
– В Париж?! — барышня ахнула и прикрыла рот крошечной розовой ладошкой с прелестными ноготками.
– Да! — довольным голосом произнес слон. — Ты сможешь жить в маленькой квартире на улице Лепик, в сумерки гулять по Монмартру, кормить птиц хлебными крошками на площади Вогезов, а по выходным ездить в Монфор-л’амори или Булонский лес.
Барышня и слон стояли в парке. В сером октябрьском небе кружили вороны, ветер срывал с деревьев желтые листья, моросил дождь. Барышня опустилась на траву. «Разве можно вот так взять и уехать? Не сказать никому не слова, не забрать ни платья, ни фарфоровые чашки, просто взять и отправиться в Париж? Разве так сбываются настоящие мечты?» — размышляла барышня. Она внимательно посмотрела на слона, в его добрые черные глаза, на морщинистую кожу морды. Когда барышня подняла лицо вверх, дождевая морось облепила ее щеки и лоб. Ей страстно захотелось прокричать: «Да! Да! Я мечтала об этом всю свою жизнь!» Но она еще раз взглянула на диковинного зверя. Серый морщинистый исполин с огромными тряпками-ушами и шершавой кожей под вымокшей полинявшей попоной — слон отнюдь не представлял собой идеального спутника в столь долгом пути. Барышня вдруг почувствовала исходивший от него запах животного и поняла, что ни за что не решится на это путешествие. Она встала с травы, молча покачала головой и побрела к дому, размышляя подходят ли светлые льняные шторы к алым пятнам в интерьере.

С тех пор барышня перестала думать о переезде во Францию. И стала говорить, что у каждого должно быть такое место на земле, в котором ему никогда не удастся очутиться.
Барышня носила все более дорогие платья, получала от поклонников все более изящные украшения, переезжала в квартиры со все более шикарными видами из окна. Но чего-то важного ей теперь не хватало. На самом деле, это ее мечта дала трещину, которой барышня предпочитала не замечать, ведь у нее все должно было быть идеальным: и зубы, и чашки, и мечты.

Январь 2013

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *